Абхазия-1992: Посткоммунистическая вандея

(««См.Начало) заключающуюся в том, что одной из сторон конфликта - Грузии - предоставлена возможность установить истину по фактам правонарушений <...> передать ведение дел незаинтересованной бригаде из других регионов СССР". (103).

Показательны и адреса, по которым рассылается эта телеграмма: "Сухуми. Народный Форум Абхазии. Обком партии АССР. Москва. ЦК КПСС. Верховный Совет СССР. Тбилиси. ЦК КП Грузии. Верховный Совет ГССР. Пицунда. Дом культуры. Гудаута. Дом культуры". Здесь разворачивается целая цепочка "своих" адресатов, включая и загадочные на первый взгляд "дома культуры" в Пицунде и Гудауте: видимо, кабардинские "товарищи" хорошо знали, где их телеграмму ждут, где смогут дать ей нужный ход, в какую политическую игру с элементами шантажа и нажима на грузинскую демократическую общественность они включаются.

4 ноября 1989 г. в Нальчике состоялась III сессия Ассамблеи горских народов Кавказа, на которую была приглашена делегация Народного Фронта Грузии во главе с профессором Нодаром Натадзе. Грубое давление, которому подверглась грузинская делегация, вынудило ее сделать заявление о невозможности в таком ключе вести диалог по абхазской проблеме. Под предлогом "защиты интересов абхазского народа" руководители АГНК откровенно стремились спровоцировать, вынудить "Центр" к принятию силовых мер в отношении Грузии, угрожая в противном случае кровопролитием, организованным горцами Кваказа. В принятом обращении АГНК к Верховным Советам СССР и Грузинской ССР говорилось: "...На примере Абхазии видно, что эффективных мер Центр страны не нринимает <...> Центр не желает или не может выполнять взятые на себя обязательства <..>.. Если углубляющийся процесс лишения абхазов гарантированных законом прав не будет остановлен, то это может привести к новой волне кровопролития" (104).

Подводя итог событиям 1989 года, можно сказать, что Грузия, охваченная мощной волной демократических движений, осознавшая -на уровне широкого, массового национального менталитета - невозможность оставаться далее в тисках Союза ССР, поднявшаяся против тоталитарной системы, получила от нее полный набор тех контрударов и "мер воздействия", которые, как свидетельствует об этом В.В. Бакатин, тщательно обдумывались и планировались в ЦК КПСС и Комитете государственной безопасности: и прямое насилие (9 апреля), и своеобразные "интерфронты" в лице отдельных (абхазского, осетинского и др.) и объединенного (горцев Кавказа) движений, которые, как и положено было по их сверхзадаче, поднимали вопрос о переделе границ грузинского государства, грозили кровопролитием и организовывали первые столкновения "на этнической почве", проводили первые забастовки, дестабилизирующие экономическую ситуацию (дважды - весной и летом - по несколько суток стояли в Сухуми пассажирские и транспортные составы, нарушалось нормальное сообщение по железной дороге с Россией (106); в сентябре ряд предприятий Абхазии по призывам НФА "Айдгылара" объявил забастовку, 14 сентября 20 человек, а том числе 5 женщин, начали голодовку "в знак протеста против ущемления прав абхазского народа").

Таким образом, в Абхазии в 1989 году состоялась генеральная Репетиция контрреволюционной "Вандеи". Развязка, однако, несколько отодвинулась, поскольку с конца ноября 1989 г. главной Эреной организованных антигрузинских выступлений стала Южная Осетия, поддержанная коммунистическим руководством Северо-усетинской АССР.

5. ХОЛОДНАЯ ВОЙНА: 1990-1992
Почти два с половиной года (с начала 1990-го до лета 1992 - го) в Абхазии шло формирование "пятой колонны" против демократической независимой Грузии, шло кадровое, финансовое, организационное и идеологическое обеспечение готовящейся "Вандеи". Внешне этот период не слишком насыщен броскими событиями или громкими выступлениями, которые привлекли бы внимание "всесоюзной" или международной общественности к абхазскому региону.

Главной горячей точкой Грузии в это время была Южная Осетия, где напряженность нарастала витками (ноябрь 1989 - январь 1990; декабрь 1990 - весна 1991; февраль 1992 г. - трагические последствия провокационного референдума "О присоединении к России"), где разрушались города, горели села (полностью сожжено 93 села), откуда тысячами уходили беженцы (грузины - в соседние регионы Грузии, осетины - на Северный Кавказ), где все глубже увязали в вооруженном конфликте и российская армия, и грузинская гвардия.

Абхазия в это время казалась относительно спокойным регионом, хотя столкновения между между абхазским и грузинским населением (отнюдь не случайные, а, как правило, подготовленные и спровоцированные боевиками - активистами НФА) здесь случались, и внутренняя напряженность поддерживалась постоянно. Так, например, 26 мая 1990 года - в день празднования Независимости Грузии - в Гагре были организованы хулиганские нападения на демонстрантов и представителей местной администрации (за "неуважение к абхазскому флагу"), оставшиеся безнаказанными. Но это были, можно сказать, бои местного значения.

Продолжалась консолидация (и материальная "подпитка" сверху) общественных организаций, стоящих (Продолжение »»)