Абхазия-1992: Посткоммунистическая вандея

(««См.Начало) июля парламентская фракция "Демократическая Абхазия" провела в Сухуми расширенное заседание с участием общественности. Это заседание было объявлено сессией Верховного Совета Абхазии ("контр-сессией" по отношению к той, что проходила 23 июля без участия депутатов фракции "Демократическая Абхазия"), и уже от имени Верховного Совета Абхазии было принято Постановление, признавшее недействительными все акты 23 июля. Лидер фракции "Демократическая Абхазия" (он же 1-й заместитель Председателя Верховного Совета республики) Тамаз Нада-рейшвили решительно выступил против Владислава Ардзинбы. На сессии отмечалась дикость самой попытки реанимировать Конституцию 1925 года, которая просуществовала всего несколько месяцев, была отменена в 1926 г. и никакой политической реальности в истории Абхазии не отражала; даже Нестор Лакоба называл ее "конституционной глупостью". У участников сессии 28-30 июля не было иллюзий насчет истинных авантюристических намерений нынешнего руководства Верховного Совета Абхазии, которому понадобилась призрачная Конституция 1925 года (со статьей о "диктатуре пролетариата" в тексте!) ради осуществления своих сепаратистских намерений и планов социально-политического реванша. "Ардзинба играет на руку тем силам, которые хотят восстановить чудовище под названием СССР", - сказал на сессии депутат Джемали Гамахария.

Сессия 28-30 июля приняла решение о переименовании Абхазской ССР в Абхазскую автономную республику (слово "автономная" здесь было ключевым, архаические определения "советская" и "социалистическая" исчезали) и приняла на себя всю полноту власти, подтвердив заявление о том, что остальная часть Верховного Совета (36 депутатов, принявших акт 23 июля,) поставила себя вне закона.

Все точки над "i" были, таким образом, расставлены, и у Ардзинбы, вернувшегося к началу августа в Сухуми из поездки в Турцию с пустыми руками, был теперь один выбор: или отказаться от затеянного, или силой (военной силой, кровью собственного народа) доказывать свое право на "независимость" со всеми ее атрибутами. Владислав Ардзинба, окруженный обещающими ему успех русскими советниками, выбрал второй путь.

А пока в Сухуми говились к войне, активизируя закупку оружия, посылая эмиссаров в Москву на атаманский Совет казаков России (7 августа), в Тбилиси шли торжества по поводу принятия Грузии в ООН. Ардзинба в ответ на приглашение Шеварднадзе (телефонный разговор утром 4 августа) отказался вылететь в столицу (сославшись на то, что у него еще нет личного самолета, а на рейс Сухуми-Тбилиси он уже опоздал), и торжества в Грузии (массовая манифестация в Тбилиси, благословение каталикоса Илии II, зачитанный на Площади республики 4 августа "Манифест о великом примирении", о повсеместной отмене чрезвычайного положения и комендантского часа, о возвращении в казармы всех вооруженных формирований, включая отряды "Мхедриони", о выводе войск из Западной Грузии, об амнистии всех, кто был арестован после 6 января 1992 г., включая членов группы Вальтера Шургая -участников попытки захвата телевидения и вооруженного переворота 24 июня; митинг, военно-воздушный парад, фейерверк) шли без участия абхазской делегации.

Грузинский общенациональный праздник длился, однако, недолго. Не прошло и недели, как совершенное 11 августа нападение на пост ГАИ у села Мачара Гульрипшского района (в восточном пригороде Сухуми) вызвало перестрелку. В ней участвовали бойцы 1-го механизированного батальона регулярной армии Грузии. Театр военных действий приближался к Абхазии.

В ту же ночь возобновились бандитские нападения на поезда в Западной Грузии ("звиадисты" действовали здесь заодно с абхазскими грабителями). Были ограблены два товарных состава, направлявшихся в Сухуми; у пассажиров нескольких скорых поездов отобраны ценные вещи и деньги (171).

Госсовет Грузии 11 августа рассмотрел вопрос о введении чрезвычайного положения на железных дорогах в западных районах республики (Мегрелии и Абхазии). Их охрана была возложена на Министерство обороны республики. Предполагалось задействовать 1800 человек.

И все же главный провоцирующий войну удар 11 августа был нанесен не на железных дорогах и не у мачарского поста ГАИ, а в Зугдиди, где происходили переговоры официальных представителей Тбилиси со сторонниками Звиада Гамсахурдиа (миссию Шеварднадзе, начатую 23 июля, продолжали его советники, министры, уполномоченные лица, включая и освобожденного из тюрьмы Вальтера Шургая, пытавшиеся прежде всего добиться освобождения Александра Кавсадзе и компромисса по другим вопросам стабилизации положения в Западной Грузии. На участников переговоров вероломно напал вооруженный отряд (около 50 человек) под командованием бывшего начальника личной охраны Гамсахурдиа Гоча Бахия (того самого, который пытал узников в президентском бункере вплоть до 6 января - дня бегства экс-президента). 12 человек - представителей Госсовета Грузии были захвачены (после скорого освобождения одного из них осталось 11) и увезены на территорию (Продолжение »»)