Против чего восстали молодые клирики Священной митрополии Абхазии? Фактически – против захвата Русской Православной Церковью абхазских храмов и монастырей с деятельного одобрения отца Виссариона (Аплиаа). Это может показаться странным, ведь православные Абхазии сами не раз обращались к РПЦ с просьбой принять их в свое лоно. Но в том-то и дело, что Московская патриархия забрать храмы и монастыри готова, а вот налаживать полноценную церковную жизнь для местных православных явно не собирается, отмечает в своей статье на «Эхо Кавказа» Демис Поландов.
«Вообще, история с приглашением из России игумена Ефрема (Виноградова) настоятелем Новоафонского монастыря, с которой началось церковное противостояние в Абхазии, до странности хорошо описывается языком экономической журналистики, а не религиозной», — отмечает автор приводит вдиение иеродиакона Давида (Сарсания) плана РПЦ в отношении Абхазии:
«Русская Православная Церковь не может канонически вмешаться в церковную жизнь Абхазии, то есть поставить епископа. Отец Виссарион предполагает использовать святые места Абхазии для паломничества из России. Но для этого необходимы материальные средства. По моему мнению, отец Виссарион привлек некие благотворительные фонды, которые пообещали ему начать строительство паломнических центров или же привести в порядок то, что уже передано отцу Виссариону. Кстати, весной этого года правительство Абхазии передало отцу Виссариону туристическую базу «Киараз» в городе Новый Афон. В связи с чем у меня возникает также подозрение, что неспроста отец Ефрем (Виноградов), которому был передан посох настоятеля, был прислан в Новый Афон и должен был, в свою очередь, организовать духовную жизнь в монастыре. А вместе с этим должен был развиваться и приводиться в порядок туристический или паломнический объект, который в летнем сезоне или в последующие годы должен был бы принимать у себя тысячи паломников из России».
(…)
«В то время как РПЦ посылает игуменов в Абхазию и запрещает местных священников в священнослужении, позиция Грузинской Православной Церкви удивительно осторожная, — пишет Демис Поландов. Опираясь на каноны, грузинский Патриарх мог бы запретить в служении всех священников на территории Абхазии, в том числе и рукоположенных Русской Церковью. Впрочем, тогда абхазские верующие получили бы сильнейший аргумент для экстренного обращения к православному мировому сообществу. Сегодня же грузинский Патриарх может смело заявить, что абхазское духовенство к нему, законному иерарху, не обращалось. Поэтому отец Давид полагает, что абхазской пастве необходимо рассмотреть вопрос переговоров и с Грузинской Церковью:
«Я могу высказать свое личное мнение. Я считаю, что возможный диалог с Грузинской Православной Церковью, возможно, в перспективе будет необходим. Именно благодаря отцу Виссариону и его неумелым попыткам переговоров с грузинской иерархией, мы сегодня имеем такую кризисную ситуацию. Отец Виссарион сам лично беседовал с представителями грузинской патриархии и делал это весьма лицемерно. Говорил грузинским иерархам одно, а в Абхазии – другое как политикам и людям в правительстве, так и народу», — говорит иеродиакон Давид (Сарсания)».
«Церковный кризис в Абхазии еще далек от своего разрешения. Сдерживающим фактором является политическое межвременье, связанное со смертью абхазского лидера Сергея Багапш и грядущими внеочередными выборами. Политические силы внимательно следят друг за другом, ожидая промахов, которых в церковном вопросе можно совершить множество», — заключает автор.
