Бывший белорусский дипломат и спортивный чиновник Анатолий Котов перестал выходить на связь 21 августа 2025 года после того, как поднялся на борт частной яхты у побережья Турции. Судно официально направлялось в Сочи, однако до пункта назначения не дошло.
По данным расследования, вместо этого яхта оказалась в районе Сухуми, где её перехватила российская береговая охрана, входящая в структуру ФСБ. После обыска Котов был снят с борта и передан российским спецслужбам.
Источники утверждают, что поездка могла быть организована как ловушка: незадолго до исчезновения Котов намекал знакомым на скорые изменения в Беларуси и возможность возвращения домой.
Анатолий Котов — представитель Белорусского фонда спортивной солидарности. Окончил Московский государственный институт международных отношений (МГИМО). Работал в МИД Беларуси, Администрации президента, посольстве в Польше, Национальном олимпийском комитете, дирекции Европейских игр — 2019 и Управлении делами Лукашенко.
В августе 2020 года в знак протеста ушел в отставку с должности заместителя заведующего отделом финансирования государственных органов главного финансового управления Управления делами Лукашенко. Последние годы находился в вынужденной эмиграции, занимался общественной деятельностью, был связан с несколькими политическими и медийными проектами, в том числе с телеграм-каналом «Ник и Майк». В 2024 году белорусский суд заочно приговорил его к 12 годам колонии.
Анатолий Котов исчез в августе 2025 года. Известно, что он отпросился с работы в ивент-агентстве Terra Group и 21 августа отправился в Стамбул. По данным прокуратуры Турции, паспорт Котова отразился в 18:35:54 при выезде из Турции 21 августа через порт Трабзон.
Почти год журналисты БРЦ, Deutsche Welle и OCCRP совместно с инициативами «Рабочы Рух» и «Киберпартизаны» пытались выяснить, что произошло с бывшим чиновником после его поездки в Турцию. В результате они пришли к выводу, что его исчезновение было результатом заранее подготовленной операции, в которой участвовали несколько человек, а сам Котов, вероятно, был передан сотрудникам ФСБ России.
За несколько недель до исчезновения Котов начал говорить знакомым о некой важной встрече в Турции. По словам друзей и близких, он выглядел заинтересованным и даже вдохновленным этой перспективой. Некоторым он говорил, что вскоре могут произойти события, после которых многие белорусы получат возможность вернуться домой. Встреча несколько раз переносилась. Последний раз он сообщил жене об очередном изменении даты 11 августа 2025 года — за десять дней до отлета.
Расследование показывает, что подготовка к этой поездке началась заранее. Для ее организаторы арендовали яхту Shells — 30‑метровое моторное судно с четырьмя каютами. При этом экипаж подбирали очень необычным образом. Капитан и матросы были турками, стюардесса — гражданкой Нидерландов, а главным условием при найме было то, чтобы они не владели русским языком. Это выглядело странно, так как все пассажиры яхты были русскоязычными.
Заказчиков поездки представляли двое россиян. Первый — 50‑летний россиянин Юрий Голованов, сотрудник петербургской компании «Балтийская звезда», которая занимается организацией VIP-мероприятий и арендой дорогостоящего транспорта.
Второй — 60‑летний Петр Гриб. Как выяснили журналисты, ранее он командовал воинской частью внутренних войск МВД России, сотрудничал с различными силовыми структурами и был связан с ветеранскими организациями российских спецслужб.
Третьим в компании стал 40‑летний белорус Юрий Пузиков — тренер и судья по карате киокусинкай. Расследование показало, что он мог быть знаком с Анатолием Котовым задолго до событий на яхте. Пузиков работал в спортивном объединении «Адраджэнне», которое в разное время возглавляли бывшие сотрудники КГБ и Оперативно-аналитического центра.
Четвертой участницей была гражданка Иордании и уроженка Азербайджана 49‑летняя Кахира Эйналова. Ее роль оказалась особенно важной, так как она была лично знакома с Котовым задолго до этих событий. Журналистам Эйналова заявила, что с Котовым ее связывали романтические отношения. В распоряжении расследователей оказались их переписка и совместная фотография еще за 2023 год.
Утром 21 августа 2025 года Котов выехал из Варшавы в аэропорт. По свидетельствам близких, он выглядел взволнованным и нервничал. Жене сказал, что едет по работе, а на работе — что по личным делам. С собой взял только небольшой чемодан, телефон и ноутбук. К вечеру через Стамбул он добрался до турецкого Трабзона и поднялся на борт яхты Shells вместе с Кахирой Эйналовой.
На тот момент Голованов и Гриб уже находились на яхте. Пузиков тоже был там, но после прибытия Котова сошел на берег и больше на судне не появлялся.
Официально капитан сообщил портовым властям, что яхта идет в российский Сочи. Однако, как выяснили журналисты, реальный маршрут был другим. Судно направлялось в Сухуми — столицу самопровозглашенной Абхазии.
Поездка в Абхазию выглядела для Котова рискованной. На тот момент он уже находился в межгосударственном розыске, поэтому мог быть задержан не только в России, но и в Абхазии, где местные силовые структуры тесно сотрудничают с российскими. Журналистам не удалось выяснить, знал ли Котов о настоящем маршруте путешествия и соглашался ли на него сознательно.
Кахира Эйналова утверждает, что первоначально компания собиралась в Грузию и даже планировала посетить казино. Однако после отдыха и употребления алкоголя планы якобы изменились. По ее словам, она не интересовалась разговорами между остальными пассажирами и не знает, какие решения они принимали. В итоге яхта направилась в Россию.
По версии Эйналовой, Котов покинул яхту вместе с другими пассажирами, после чего она его больше никогда не видела и ничего о его судьбе не слышала.
Однако другие источники описывают события утра 22 августа иначе. По их словам, сначала яхта приблизилась к побережью около Сухуми, но после россияне приказали изменить маршрут и направиться в порт Очамчыра. Этот город также находится в Абхазии, но южнее Сухуми. Там расположен пункт базирования пограничной службы ФСБ России.
Пока Котов спал в каюте, капитан связался с портом, чтобы получить разрешение на швартовку. В ответ ему приказали ждать в море и не приближаться к рыбакам, пока не прибудет трансферный катер. Однако вместо него к яхте подошел российский корабль береговой охраны. Как отмечается в расследовании, спутниковые снимки показывают, что примерно в это время (12.30 по грузинскому времени) с российской базы вышло патрульное судно, которое через несколько минут взяло курс в сторону яхты Shells.
По данным журналистов, береговую охрану вызвали сами российские пассажиры яхты. Они утверждали, что ночью Анатолий Котов якобынапился, напал на них и избил.
По свидетельствам источников, российские пограничники ФСБ поднялись на борт, ворвались в каюту Котова, вывели его, приказали капитану вычеркнуть белоруса из списка пассажиров и перевели его на свой корабль. После этого судно ФСБ отошло в море.
Остальные пассажиры остались на яхте. Россияне приказали капитану идти в Сухуми, где сами сошли на берег, а затем направились в Россию. Эйналова после этого вернулась в Трабзон. Экипаж яхты после завершения рейса был уволен.
Журналисты отмечают, что не знают, осознавал ли Котов, куда именно направляется яхта в последние часы плавания. По версии Эйналовой, после застолья с российскими пассажирами он заснул. Другие источники утверждают, что ему было плохо и его тошнило.
При этом все опрошенные журналистами знакомые Котова утверждали, что он не был склонен к физической агрессии ни в трезвом состоянии, ни после употребления алкоголя. Никто из них не смог вспомнить случаев, когда он вел себя подобным образом.
Авторы расследования подчеркивают, что все описанные обстоятельства были проверены по нескольким независимым источникам, а документы и записи разговоров с информаторами находятся в распоряжении редакции.
На момент публикации расследования, 18 июня 2026 года, судьба Анатолия Котова остается неизвестной.
