Открытие аэропорта в Абхазии, которым фактически управляет Россия, не следует рассматривать исключительно как инфраструктурное событие — конфликтолог и бывший министр Паата Закареишвили рассматривает этот процесс как систематическую эксплуатацию Абхазии с целью уклонения от санкций, введенных против России, и считает, что Тбилиси сознательно не выступает против всего этого.
«Говорят об открытии аэропорта в Абхазии уже много лет, но Россия никогда не проявляла к этому интереса»
По словам Закареишвили, тема восстановления аэропорта уже много лет стоит на повестке дня абхазского общества, хотя для России она не представляла стратегического интереса до ее вторжения на Украину.
«У России много аэропортов на юге, и она не видела никакой выгоды в аэропорту в Абхазии. Абхазы тоже это знали. Все изменилось после того, как Россия вторглась в Украину — многие аэропорты были закрыты, аэропорт Адлера еле функционирует, теперь у него огромная нагрузка», — говорит Закареишвили.
По его словам, именно тогда начались последовательные разговоры о восстановлении аэропорта в Абхазии, и если раньше это было лишь мечтой абхазов, то после войны это приобрело реальные очертания:
«На фоне загруженности Адлера аэропорт в Абхазии стал для России дополнительным ресурсом — и в какой-то степени черной дырой, через которую можно переправлять грузы через Грузию, обходя санкции».
Терминал в Энгури и аэропорт: «Все взаимосвязано»
По словам Закареишвили, крупный терминал, построенный возле моста Энгури в Гальском районе, является частью этой схемы. Он считает, что грузы поступают из Турции через Грузию, а затем экспортируются в Россию через территорию Абхазии:
«Этот терминал соединен с аэропортом. Грузы приходят, упаковываются и часть по суше отправляется в Россию, а часть — в отдаленные регионы — самолетом. Почему такой терминал не построили, например, в Гагре? Потому что поток грузов идет из Гали. К тому же Абхазии терминал такого объема вообще не нужен».
Поэтому я вижу эту логику ясно и недвусмысленно. Самое главное, что никто не может контролировать происходящее в Абхазии, и ни одна международная организация не может уличить грузинскую сторону в содействии санкциям против России, ни Россию, ни тем более непризнанную Абхазию. Именно в этом контексте, по моему мнению, и проводилась реставрация этого аэропорта», — считает Закареишвили.
«Мечта будет иметь экономические выгоды, поэтому она молчит»
Закареишвили считает, что правительство Грузии не подпишет напрямую аннексию Абхазии Россией, но и не будет препятствовать России развивать эту схему:
«Был лишь вялый протест со стороны Министерства иностранных дел по поводу открытия аэропорта — им нужно было что-то сказать. На самом деле, я думаю, что Мечта получит экономические выгоды, поэтому она и молчит. Мечта просто сдает Абхазию России. Вот почему они начали позорную кампанию по осуждению Национального движения, извинениям и т. д. — так они подготовили почву».
«Они присвоят и Пицунду, как им заблагорассудится — Грузия будет молчать»
Закареишвили также указывает на то, что Тбилиси также не выражал недовольства недавними российскими законодательными инициативами:
«Они не протестовали против того, что происходит в Абхазии в последнее время — апарт-отели, российские инвестиции. Они даже захватывают Пицунду. Грузия не будет этому противиться и проложит путь российской аннексии».
Бывший министр считает, что даже после окончания войны в Украине большая часть санкций против России останется в силе, и что использование абхазского аэропорта и портов для грузовых перевозок является долгосрочным планом России.
«Россия прекрасно знает, что даже после войны основные санкции сохранятся, и готовит Абхазию как плацдарм для обхода санкций, где ей действительно нужна поддержка Грузии».
