Правда о трагедии Абхазии

(««См.Начало) северокавказцев и русских друзей". А поскольку я, Лорик Маршания, не сторонник такой позиции, мне следует снять свою кандидатуру с выборов. В парламент должны попасть такие люди, - уточнил Адлейба, - которые, если потребуется, возьмут в руки оружие и будут стрелять в грузин". . . Я был ошеломлен. Ответил, что это неминуемо приведет к гибели и без того малочисленную абхазскую нацию, как случилось в свое время с убыхами. В достаточно резком тоне, осудив агрессивную позицию айдгыларовцев, добавил, что уж теперь ни в коем случае не откажусь от участия в выборах и, если буду избран, то стану бороться в Парламенте Абхазии за то, чтобы помешать осуществлению бредовой, преступной затеи. На том разошлись, и я с еще большей настойчивостью продолжал работать с избирателями. Друзья записали мои выступления на кассету, систематически показывали их по кабельному телевидению. По итогам первого тура выборов никто из претендентов, якобы, не набрал необходимого количества голосов. Это было весьма сомнительно, но я ничего не мог сделать. До начала второго тура, по требованию форума "Айдгылара", трое из пяти претендентов, отказались от борьбы. Таким образом остались я и В-Ашхацава. И вот ко мне в дом заявляются члены "Круглого стола" (партия З-Гамсахурдиа) от Абхазии Н-Мгалоблишвили и Т-Мжавия. В присутствии моего сына Темура первый из них довольно осторожно, однако недвусмысленно предлагает мне снять свою кандидатуру. Предложение выглядит более чем странно - прежде тот же ТМжавия мне помогал... Я ответил так:

"Видимо, у вас с сепаратистами, настала пора делить кресла и сферы влияния? Нет, я буду бороться до конца".

Весь этот фарс объяснялся очень просто. Накануне выборов Ардзинба и его окружение пошли на альянс со сторонниками "Круглого стола" от Абхазии. В результате сделки руководители блока звиадистов получали должность первого заместителя председателя Верховного Совета Абхазии -грузина и право представить кандидатуру председателя Совета Министров (тоже грузина). Кстати на эту должность претендовали семь грузин. Ардзинба же был заинтересован в том, чтобы в Парламент не попали ЛМаршания и Р.Эшба. Забегая вперед скажу, что так и случилось.

За три дня до выборов не возникало никаких сомнений в моем весомом преимуществе над соперником. Однако еще через день собралась окружная избирательная комиссия Очамчирского района по поводу заявления, в котором В.Ашхацава писал, что именно его кандидатутра прошла по первому туру голосования, но "произошла ошибка при подсчете голосов"... И комиссия благосклонно удовлетворила просьбу В.Ашхацава считать его избранным, а Центризберком Абхазии (председатель В.Цугба) в срочном порядке утвердил это решение. Иными словами, мой конкурент не избирался народом, был попросту назначен депутатом Парламента Абхазии. Аналогичным, кстати, путем, протащили в парламент и некоего Какуева из блока "Славянский дом". Факты беспрецедентные, вопиющие, поэтому вряд ли нуждаются в комментариях.

Более того, Президиумом Верховного Совета Абхазии издавались противозаконные, антиконституционные указы о юрисдикциях по политическим, правовым и экономическим вопросам, постановления, направленные на полное отторжение Абхазии от Грузии; министры назначались не двумя третями голосов, а простым большинством, вследствие чего все они так и остались "исполняющими обязанности"; в многонациональной республике была создана мононациональная армия.

Таковы результаты деятельности незаконно сформированного парламентского большинства, плоды волюнтаристских, корыстных устремлений его предводителя.

А вот другие характерные штрихи: депутаты демонстративно рассаживались на сессиях в соответствии с национальной принадлежностью, покидали зал в знак протеста против тех или иных решений, видели друг в друге не коллег - противников, и атмосферу заседания постоянно отрав• лял пресловутый "образ врага", взаимное недоверие, тенденциозность взглядов, предвзятость суждений исключали возможность конструктивной, созидательной деятельности.

В итоге создавались всевозможные сомнительные альянсы, враждующие между собой фракции; в конечном счете четко обозначилась конфронтация при решении судьбоносных для Абхазии проблем.

В значительной мере ситуация усугублялась тем, что реалистически, прогрессивно мыслящая часть абхазских депутатов, хорошо понимая, куда ведет законодателей их руководитель, тем не менее была пассивна, отмалчивалась в ходе принятии многих явно авантюрных решений. Если бы в абхазской фракции парламента действовала здоровая оппозиция, а грузинские депутаты вели тактически грамотную борьбу с носителями сепаратистской идеологии, противопоставляя ей весомую контраргументацию, действуя в союзе с абхазами-единомышленниками, - тогда, уверен, мы бы смогли избежать трагедии.

Справедливости ради отмечу: многие абхазские депутаты делали попытки предотвратить ультрарадикальные шаги В-Ардзинба. К сожалению, до решительного отпора дело не дошло ни разу - угроза ярлыка "предателя и врага народа" удерживала их (Продолжение »»)