Правда о трагедии Абхазии

(««См.Начало) Третья - тесный альянс с экс-президентом Грузии и его окружением. А четвертая - это мафиозно-коммерческие структуры, спешно сформированные в Абхазии (им были созданы максимально благоприятные условия "деятельности") и ориентированные на "политический курс" В.Ардзинба - покупку оружия и наемников. Как обоснованно пишет С.М.Червонная, "шел процесс собирания в Абхазии "нужных" людей путем забрасывания из России десанта "специалистов", которые под видом работников разных ведомств были офицерами высших чинов из госбезопасности, из которых 70 процентов являлись членами либерально-демократической партии В-Жириновского".2

Комиссия экспертов Совета Европы, исследовавшая, в числе прочих, проблему межэтнической напряженности на территории бывшего СССР, отмечала: "В некоторых субреспубликанских образованиях меньшинство правит большинством, как это имеет место в Абхазской автономной республике в Грузии, где находящиеся у власти абхазы насчитывают одну пятую всего населения".

Лично же В.Ардзинба и его айдгыларовское окружение видели будущее Абхазии и абхазского народа единственно через призму собственного "я". Их действия - образец местничества и провинциализма в политике. Люди подразделялись на "наших" и "ваших" по месту рождения; предоставлялись привилегии одним, другие недооценивались. Критерий прост - противопоставление уроженцев Гудаутского и Очамчирского районов. Ясно, подобные тенденции губитель ны для любой нации, а для малочисленной - тем более, ибо прочность межнациональных связей обусловливается, прежде всего, единством и спаянностью внутри каждой нации. Лишь такая позиция позволяет противостоять упомянутой порочной практике "разделяй и властвуй"; измена ей не могла не способствовать трагедии в Абхазии и Западной Грузии.

Ардзинба однажды заявил в интервью: "...Вхождение Абхазии в состав России может решиться путем референдума. Абхазия ориентирована на Север, а Северный Кавказ и Абхазия - это единый организм".

Абсурдное заявление! Ничего такого никогда не было ни в политике, ни в экономике, ни в духовной, культурной жизни, ни тем более в кровно-родственных связях, религии, традициях, обычаях.

С Северным Кавказом у нас всегда существовали обычные добрососедские отношения. Помню, что лишь раз, в июне 1977 году, состоялся обмен крупными делегациями деятелей науки, культуры, литературы, искусства. То были дни Карачаево-Черкессии в Абхазии и ответный визит нашей делегации. Делегацию с их стороны возглавлял вице-премьер главы тогдашней исполнительной власти глубоко уважаемый мною Рем Татаршао; с нашей, в качестве первого вице-премьера правительства Абхазии, - я. То были поистине незабываемые проявления дружбы, братства и взаимоуважения двух народов, именно добрых соседей.

А с кем Ардзинба собирается проводить референдум после истребления и изгнания из Абхазии четверти миллиона грузин, тысяч прогрессивно мыслящих абхазов, русских, армян, греков?.. О каком вообще "референдуме" может идти речь без их возвращения? Ясно, что ставка делается на пришельцев: конфедератов, диаспору и ту часть абхазов-оборотней, которые, вернувшись из-за рубежа на родную землю, повели себя агрессивнее любых завоевателей.

Строить будущее абхазского народа, Абхазии в целом на фундаменте альянса с карателями-конфедератами, наемниками - затея, без сомнения, изначально обреченная. Людям этой категории абсолютно чужды и безразличны подлинные интересы абхазской нации: ее демографическое, духовное, экономическое возрождение, развитие языка, культуры, науки, литературы, искусства.

Что же касается пятисот потомков махаджиров из Турции, на которых спекулятивно ссылается Ардзинба, то не думаю, чтобы они были правдиво информированы о положении дел в Абхазии, знали, что им предлагают занять дома и очаги изгнанных грузин, приглашают в страну, где сегодня царит криминальный беспредел, а экономика практически разрушена.

"Мы выиграли потому, - пишет Ардзинба, - что объединили русских, абхазов, армян, греков, даже определенную часть грузин". Лживое, кощунственное заявление! О каком "выигрыше" может идти речь перед лицом невиданной трагедии? Здесь уместнее говорить о "пире во время чумы."

Перечисленные и другие факторы вселили в Ардзинба уверенность в реальности поставленной цели - силой оружия и наемников отторгнуть Абхазию от Грузии, построить "Абхазское государство", стать национальным героем, президентом, войти в мировое сообщество. Какой страшной трагедией, в первую очередь, для собственно абхазского народа, это обернулось - известно всему миру.

Возомнивший себя Леоном III, В.Ардзинба самозванцем взошел на вожделенный президентский трон по трупам соотечественников, предал их ради своих честолюбивых притязаний. Тем самым он принес на жертвенный алтарь самое абхазскую нацию, завоевав поистине геростратову славу и сделавшись в буквальном смысле государственным преступником. Он сбросил, наконец, маску, обнажив не только противозаконность своих агрессивных замыслов и действий, но и личное амбициозное, своекорыстное лицо диктатора. Справедливо пишет Г. Маштакова: "Дорвавшийся по трупам до заветного президентства Ардзинба мир на землю Абхазии не принес, да (Продолжение »»)