Грузинские жертвы русской снайперши Анны Чердак

(««См.Начало)
- Да, этого точно обещаю, хотя никто у нас не спрашивает, начнется или нет война, это дело политиков.

- Получали приказ, убить какого-нибудь грузинского политика или иную известную персону?

- Это не мое дело. Этим киллеры занимаются. У меня конкретные задания боевых действий или спецоперации.

- Но известно, что у "ФСБ" есть специальная служба, которая имеет своих киллеров, вы ведь тоже подчиняетесь "ФСБ"?

- Нет, я не подчиняюсь "ФСБ". Я подчиняюсь полусекретному ведомству министерства обороны России, "ФСБ" контролирует всю страну и просто, кое-чему и я выучилась. Кое-какие собеседования и наблюдения я и в "ГРУ" прошла. Этот путь проходят все, кто берется за столь важное дело, как снайпер.

- И сегодня много невинных грузин гибнут в прилегающих к Цхинвали грузинских селах. И дня не пройдет, чтобы не убили или ранили полицейского или местного жителя и часто это результат работы снайпера. Вы замешаны в этом?

- Давайте не будем конкретизировать, я еще не уехала в Россию. Нахожусь не в Цхинвали, но в Самачабло и работаю. Откровенно говоря, мне все равно - хотите, всех грузин, которые умрут с сегодняшнего дня поблизости Цхинвали вешайте на меня.

- Почему согласились на интервью?

- Это мое первое и последнее интервью. У меня своя цель - первым долгом, надеюсь, что та "крыса" Сагирашвили прочтет это письмо и минимум оставшуюся жизнь проведет в страхе.

Во-вторых, я на русском языке прочитала ваши старые и новые публикации, видно, вы нормальный журналист. Знаю, что во время войны были в Гори и близлежащих к нему селах и своими глазами видели войну. Знаю, сказали, что вы первый журналист, который посмел и вошел в Ахалгори и Переви, и оттуда смогли вынести материал.
Сказали, что вошли украдкой и вышли украдкой, но какое это имеет значение, главное, не побоялись опасности. Я тоже такая натура, сорвиголова и поэтому согласилась на интервью. Ценю журналистов, особенно тех, кто не боится риска. Знаете, мы чем-то похожи друг на друга.

- Упаси Господь!

- Храни тебя Господь! Я сказала не в обиду.